Сам себе работодатель. Почему белгородцы уходят на фриланс и начинают работать «на себя»

14 мая — День фрилансера. Дана Минор поговорила с белгородцами об их успешном и провальном опыте фриланса и узнала, как они стали работать «на себя», с какими сложностями столкнулись и сколько зарабатывают.

«Если дети продолжают со мной общаться через годы, наверное, это не просто какая-то купленная услуга»

Мария Бортник — репетитор по математике. Белгородка отучилась на учителя, но занялась фрилансом сразу, минуя работу в школе. На себя Мария работает уже больше десяти лет.

Мария Бортник, фото из личного архива

— Во время учёбы я начала подрабатывать репетиторством. Уже после того, как я окончила магистратуру и получила дипломы, ушла в декрет. Потом как-то сложилось, что больше никуда я на работу не вышла — работала всегда только на себя. Я считаю, что неплохо зарабатываю. У меня, конечно, есть сезонность: летом я практически ничего не получаю, но во время школьного года я зарабатываю больше 100 тысяч рублей [в месяц].

Сначала это была моя подработка: пока я была в декрете, я брала иногда учеников [и занималась с ними]. Со временем стало получаться, приходили всё новые ученики, и я поняла, что мне нет необходимости выходить на работу, — мне достаточно того, что я буду работать сама на себя, — поделилась репетитор.

Мария признаётся, что некоторые учителя негативно относятся к репетиторам, которые не преподают в школах, однако лично фрилансер с таким не сталкивалась. Педагога устраивает её работа, но в ней есть и сложности — например, иногда непросто распределить время занятий или договориться с родителями.

— Я никогда не работала в офисе, в школе или в какой-то организации. Я всегда занималась чем-то, что можно назвать фрилансом. Из плюсов фриланса: тобой никто не руководит, ты можешь делать, что хочешь, и у тебя нет отчётности, в отличие от школы, — это привлекает. В школах всегда очень много того, что тебе навязывают, большое количество документации. Я это хорошо знаю, у меня мама — учитель, и это может быть тяжело, не хватает даже времени для того, чтобы подготовить занятия. Большое время уделяется всевозможной бумажной волоките.

У меня же этого почти нет. Я ответственна только перед своими учениками и их родителями — клиентами. Минус — иногда мы не можем оценить уровень работы, который мы на себя взваливаем. Периодами бывает мало работы, потом я беру больше — и её уже слишком много. Не могу хорошо нагрузку распределить. Бывают времена, когда у меня мало работы, много отдыха, но мало денег, а бывают времена, когда у меня очень много работы и нет выходных, и это, конечно, не очень мне нравится. Я пытаюсь как-то это исправить, но сейчас у меня самый сезон, май, скоро экзамены — конечно, видно, что надо было по-другому распределить нагрузку, потому что сейчас тяжеловато.

Также бывают ситуации, когда ученики или родители приходят с невыполнимым запросом: уровень у ребёнка низкий, а получить хотят очень быстро очень много баллов, что чаще всего невозможно. Бывает, что мы начинаем заниматься и понимаем, что не подходим друг другу, — тогда расходимся. Но это встречается не очень часто, — рассказала Мария.

Из-за спецоперации большую часть занятий Бортник проводит в онлайне, но ей это не нравится. Репетитор предпочитает очные занятия, так как личное общение с детьми её вдохновляет.

— В будни — я в деревне в Белгородской области вместе с детьми, чтобы они здесь могли ходить в школу. В Белгороде у меня офис, мы приезжаем в город на выходные и, если есть такая возможность и кто-то из моих учеников согласен, они приходят очно. Конечно, на этих выходных (11–12 мая — прим. Ф.) мало кто решился на это.

Я очень люблю очные занятия. Я люблю встречаться с ребятами и лично общаться. Естественно, в данной ситуации (СВО и ухудшение оперативной ситуации в Белгороде — прим.Ф.) практически всё переведено в онлайн, и это мне даётся тяжелее. Онлайн я могу провести меньше занятий в день, чем очно. Мне как будто бы после каждого занятия нужна хотя бы получасовая передышка, чтобы быть в силах проводить следующее занятие. С очными обычно такого не происходит.

Я обожаю общаться с подростками. Есть стереотип, что молодёжь не хочет учиться, что раньше были какие-то хорошие времена. Я не знаю, что было раньше, но у меня потрясающие ученики, я обожаю общаться с целеустремлёнными ребятами, у которых уже есть какие-то планы, которые прикладывают силы к тому, чтобы прийти к своей цели. Меня это, правда, очень сильно вдохновляет. После занятий по математике мы часто общаемся о жизни: о том, чего они хотят, как видят своё будущее. Есть ученики, которые занимались у меня пять лет назад, и мы продолжаем общаться, иногда встречаемся, обмениваемся книгами, обсуждаем фильмы. Это точно меня всегда поддерживает. Есть ребята, с которыми мы очень хорошо сходимся. Если дети продолжают со мной общаться через годы, наверное, это [занятия с репетитором] была не просто какая-то купленная услуга. Значит, мы так тепло общались в то время, что они готовы продолжать со мной общение через годы, — с радостью делится Мария.

«Фриланс не подходит перфекционистам»

Дарья Иванова (фамилия изменена — прим. Ф.) недолго пробыла фрилансером — белгородка поняла, что такая работа ей не подходит.

— Работать на фрилансе начала спонтанно, на первом курсе института. Мне было без разницы, чем конкретно заниматься, главное — чем-то творческим. Зарегистрировалась на YouDo и начала брать заказы на написание и рерайт текстов, создавала визитки, логотипы. Так работать мне очень нравилось: график свободный, учёба работе не мешает, к тому же деньги платят хорошие, студентке первого курса это было очень важно — в среднем, в месяц выходило около 30 тысяч рублей. Вечерами я включала музыку и сидела занималась творчеством за деньги, так сказать. Фриланс стал моей первой работой, я ещё не знала, какие странные случаи могут меня поджидать, была наивной, — радовалась тогда девушка.

Однако фриланс вскоре разочаровал Дарью — она столкнулась с недобросовестными заказчиками, которые оттолкнули её от «свободной работы».

— По наивности я всегда делала работу до оплаты: сначала делала и скидывала, а потом мне платили. Всегда всё было хорошо, попадались порядочные люди.

Однажды поздно вечером мне прилетел заказ от строительной фирмы. Заказчик просил сделать ему две презентации для размещения на сайте: в одной была бы информация для обычных клиентов, в другой — для VIP-заказчиков. За выполнение он предлагал круглую сумму в 20 тысяч рублей. До этого момента максимальная сумма, которую я получала за заказ, — была 4 тысячи рублей. Конечно, я, не раздумывая, согласилась. Дедлайн стоял через две недели. В эти две презентации я вложила всю душу: перепробовала множество макетов, подобрала единый стиль, много раз меняла картинки и содержание, постоянно согласовывала правки с заказчиком. Уложилась ровно в дедлайн. Наступает день «икс», я отправляю заказчику его презентации. Он читает мои сообщения, пишет, что всё замечательно. Я в предвкушении отправляю ему номер счёта для оплаты. И — тишина.

Первые 20 минут я не напрягалась, но потом начала что-то понимать. Как итог, заказчик удалил аккаунт и просто слился. Тогда мне было безумно обидно, сейчас вспоминаю эту историю с улыбкой. Но на фрилансе больше не работаю, теперь привлекает стабильность, — поделилась историей белгородка.

Несмотря на негативный опыт, у Дарьи есть и положительные воспоминания о фрилансе.

— Однажды кондитер заказала у меня дизайн визитки. Она и заплатила больше, и сделала мне пожизненную скидку на всякие пироженки и тортики, — радостно добавила девушка.

В итоге Дарья отказалась от фриланса в пользу стабильного заработка.

— Я, скажем так, «обиделась» на фриланс и начала искать более стабильную работу, которая гарантирует мне своевременную зарплату. Фриланс не подходит перфекционистам во всём. Такие хотят чёткий рабочий график, а плавающая работа им не подходит.

«Самое приятное — это когда видишь жизнь своей работы»

Станислав Сизиков, графический дизайнер, работает на себя уже семь лет.

Станислав Сизиков, фото из личного архива

— [Я пришёл во фриланс] скорее из эгоистических соображений. Мне нравится самостоятельность в принятии решений. Я люблю делать продукт, который потом ассоциируется с моим именем, поэтому хочется больше свободы и меньше зависеть от мнения менеджеров, руководства.

[Из плюсов фриланса] — опять же самостоятельность в принятии решений. Если мне не нравится то, что получается, — я не покажу это заказчику. Если мне не нравится сама суть проекта, в который меня приглашают, — я не возьмусь за него. Если мне нравится какой-то проект, но нет в него приглашения — я могу сам сделать концепт и предложить его без обязательств. В среднем, я зарабатываю 200 тысяч рублей, всё в чистую — у меня ИП, налоги плачу. Из минусов — скорее всего, отсутствие финансовой стабильности поначалу и полностью сбитый режим. Отсутствует временя на всё, что хотелось бы успеть сделать, — поделился Станислав.

Дизайнер признался, что в течение всего дня думает о работе. Тем не менее, когда у белгородца появляется свободное время, он старается тратить его на семью и личный проект.

— Со временем время само стало управлять мной. Есть семейные обязательства, под которые нужно подстраиваться, — не всегда успешно. Есть желание посвятить время себе — например, сходить в зал. Есть желание поработать над личным проектом. Поэтому всё, что касается коммерческой деятельности, стало плавно размазываться по моему свободному времени. Обычно я в 11–12 дня начинаю работу над коммерцией, потом с 15 до 17 — тренировка, с 17 до 22 — [провожу время] с семьёй. Если у ребёнка тренировка по футболу, то ещё часок поработаю в кафе, пока его жду.

Могу ещё поработать после 22:00 над коммерцией, если проект горящий, но чаще всего это время до сна я трачу на свой проект. Ну и на самом деле рабочий процесс может не прекращаться и в процессе других занятий — пока гуляю с семьёй, могу подумать над проектом и набросать в голове идей, которые потом уже обрисую в программе. Или пока играем во дворе или дома — могу отскочить к компьютеру минут на пять, чтобы зарисовать возникшую в голове картинку, — описал свой день фрилансер.

Сизиков добавил, что любит видеть результаты работы — например, логотип Шебекина.

— Каждый проект по-своему интересен, иначе зачем за него браться? Сложности если и возникают, то они таковыми кажутся только в моменте. После сдачи проекта оказывается, что это и не сложности были совсем, а просто новая вводная, которая привела к конечному результату. Что-то конкретное во время работы запоминается редко, чаще остаётся в памяти кураж, на котором что-то делаешь, или эмоции от реализации. Наверное, самое приятное — это когда видишь жизнь своей работы, когда заказчик не забрасывает твою идею, а только развивает её. Так было, например, с логотипом Шебекина, который уже и опорой моста стал, и в парке арки в виде логотипа сделали. Это значит, что заказчику самому нравится результат.

Самый необычный заказчик у меня — я сам. Я свой сайт десять лет не могу доделать, потому что не знаю, что хочу. А остальные все вполне обычные люди, которые знают, что им нужно: не всегда это могут сходу верно объяснить, но со временем ты учишься их понимать. Нарисовать семь строго перпендикулярных красных линий, чтобы из них часть была зелёной, меня никто не просил, — с улыбкой объясняет дизайнер.

Работа, выполненная по логотипу Станислава, фото предоставлено дизайнером

Станислав Сизиков дал начинающим фрилансерам совет.

— Советую делать хорошо и любить то, что вы делаете: не какой-то конкретный проект, а саму работу в целом. Не бояться критики и всегда иметь в виду, что кому-то понравится, что ты сделал, а кому-то — нет. Поначалу браться за всё, а потом поймать момент и научиться фильтровать заказы, выбирать самые интересные. Иначе, если продолжать браться за всё, можно выгореть. Ну и [советую] ловить кайф от процесса, — порекомендовал фрилансер.
Дана Минор

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.

Похожие новости

Налоги на прибыль и патенты для фрилансеров. Чем «живёт» бюджет Белгородской области

Налоги на прибыль и патенты для фрилансеров. Чем «живёт» бюджет Белгородской области

«Мы не будем давить, но должна быть совесть». Как в Белгородской области поднимают зарплаты и легализуют фрилансеров

«Мы не будем давить, но должна быть совесть». Как в Белгородской области поднимают зарплаты и легализуют фрилансеров

Преимущества и недостатки работы фрилансером [инфографика]

Преимущества и недостатки работы фрилансером [инфографика]

Найти и узаконить. В Белгородской области хотят легализовать фрилансеров

Найти и узаконить. В Белгородской области хотят легализовать фрилансеров

Налоги и штрафы. Что грозит фрилансерам

Налоги и штрафы. Что грозит фрилансерам

«Мираторг» высадит 400 деревьев в Яковлевском горокруге по мировому соглашению с управлением лесами

«Мираторг» высадит 400 деревьев в Яковлевском горокруге по мировому соглашению с управлением лесами

«Возвращаться некуда, Изюма больше нет». Истории беженцев, которые сбежали из Украины и приехали в белгородский ПВР

«Возвращаться некуда, Изюма больше нет». Истории беженцев, которые сбежали из Украины и приехали в белгородский ПВР

Эксклюзивные кадры из обстрелянного белгородского посёлка Политотдельский

Эксклюзивные кадры из обстрелянного белгородского посёлка Политотдельский

Белгородские полицейские составили восемь протоколов за дискредитацию российских военных

Белгородские полицейские составили восемь протоколов за дискредитацию российских военных

Белгородская область стала одним из аутсайдеров ЦФО по количеству базовых олимпийских видов спорта

Белгородская область стала одним из аутсайдеров ЦФО по количеству базовых олимпийских видов спорта