«Па — можем!». Как белгородцев учат танцам

29 апреля — Международный день танца. Профессиональные и любительские, классические и современные, народные и спортивные — существует множество направлений этого искусства. Татьяна Дюмина поговорила с несколькими профессиональными преподавателями танцев и танцором-любителем танго, чтобы разобраться, как танцевальная индустрия сейчас развивается в Белгороде.

Вы в танцах!

Первый герой нашей публикации — танцор-профессионал, руководитель и ведущий преподаватель студии танца «SKILL DANCE INDIGO» Инна Моргунова. Она родилась и выросла в городе Россошь Воронежской области, но в 18 лет переехала в Белгород и поступила в БелГУ.

Фото из личного архива Инны Моргуновой

Танцую я с самого детства. Ещё в школьные годы начала посещать танцевальный кружок, где больше всего полюбила эстрадные танцы (сейчас — «современная хореография» — прим. Ф). А позже я пошла учиться на цирковое направление в специальное музыкальное учреждение, которое находилось в соседнем посёлке недалеко от Россоши. Там я занималась воздушной гимнастикой и эквилибристикой. Это учреждение я закончила успешно, получив красный диплом. С тех пор у меня есть право преподавания. Так и началась моя танцевальная карьера.

Уже в 16 лет, во время учёбы на цирковом, я начала подрабатывать — помогала своему тренеру обучать малышей. Не прекращала заниматься танцами и во время учёбы в вузе — участвовала в конкурсах и танцевальных проектах. А дальше начался мой преподавательский путь. Я уже имела тренерский опыт, и меня пригласили преподавать детям в один белгородский танцевальный коллектив. Идей рождалось много, руководство и родители учеников меня поддерживали. С детьми мы участвовали в соревнованиях, ездили по разным городам, занимали призовые места. Я зарекомендовала себя как хороший тренер, и вскоре появились толпы желающих учиться у меня.

А полтора года назад я поняла, что хочу создать свой танцевальный коллектив, но никак не могла на это решиться. И тут моя коллега по работе Кристина Карпусёва предложила мне сделать это вместе. И я согласилась. Мы организовали студию «SKILL DANCE INDIGO», которой сейчас руководим, а также являемся в ней ведущими преподавателями. У нас работают и другие педагоги: по акробатике, пластике, гимнастике, тренер для самых маленьких и педагог-репетитор. В студии основной упор мы делаем на современной хореографии и танцевальном шоу.

— Инна, вы не только руководите студией, но и преподаёте в ней. Расскажите, как проходит процесс обучения детей танцам?

— Почти всех своих учеников мы воспитываем с трёх лет. Первый год обучения направлен на общую физическую подготовку мышц к дальнейшей сложной работе. Понемногу мы начинаем «растанцовывать» детей, даём ритмику — в игровой форме учим их считать музыку. Также в это же время происходит выработка дисциплины у юных танцоров. Это самый важный и главный аспект в занятиях с детьми, без которого мы не добились бы никаких высот. Дисциплину мы воспитываем не только в детях, но и в их родителях. Если родитель не заинтересован в работе с ребёнком и в его танцевальном развитии, а водит на занятия любительски, то это не к нам — на первом году обучения такие люди отсекаются. Мы работаем только с теми, кто так же, как и мы, горит творчеством и искусством танца.

На второй год программа обучения усложняется: в неё добавляется гимнастика и акробатика. Делаем мы это для того, чтобы дети учили новые элементы, а также на этом этапе у малышей уже подготовлены мышцы, но пока отсутствует страх в голове, и в выполнении гимнастических и акробатических упражнений проблем у них не возникает. Чуть позже добавляется классический танец, что очень важно, ведь классика — это основа любого танца. Постепенно с каждым годом нагрузка на занятиях увеличивается.

— Всех ли желающих принимаете на обучение? Есть ли критерии отбора обучающихся?

— Мы принимаем абсолютно всех желающих от трёх до пяти лет. Однако иногда мы можем в одностороннем порядке отказать некоторым детям в дальнейшем обучении. Такое происходит, например, если мы видим, что ребёнок в свои три года ещё очень маленький. Понимаете, дети в этом возрасте все разные: кто-то уже внимательно слушает, знает, кто такой тренер, способен концентрироваться на занятиях, но есть и такие, кто плачет и пока плохо понимает, куда он пришёл. Готов ли ребёнок морально или нет , видно в течение полугода. Родителям тех, кому ещё рано заниматься, мы говорим, что они могут привести ребёнка через год, и ситуация будет совсем иная. А ломать детей и заставлять их заниматься через силу мы не будем, иначе они возненавидят и нас, и танцы на всю жизнь. Всё это мы объясняем родителям, а дальше уже их выбор: ждать ещё год или уйти в другой коллектив, что тоже бывало.

Дети старше трёх лет, желающие обучаться в студии, обязательно проходят просмотры. Они должны иметь базовую физическую подготовку: укреплённый мышечный корсет и минимальную растяжку. Если ребёнок физически подготовлен, то мы оставляем его для занятий в студии на полгода.

Если через полгода-год мы видим результат: ребёнок догоняет группу, не отстаёт от программы, то мы его оставляем на дальнейшее обучение. Если такого не происходит, то мы разговариваем и с ребёнком и с родителями и подбираем ему группу, в которой он ещё год-полтора будет заниматься без участия в выступлениях и выездов на соревнования.

— Инна, как у тренера по танцам, наверняка у вас есть своё мнение о том, должны ли танцоры дополнительно поддерживать себя в форме: соблюдать диету или заниматься спортом, например? Или же танцевальной нагрузки достаточно?

— Я считаю, что для поддержания тела в хорошей форме не только танцорам, но и в принципе всем людям, обязательно нужно соблюдать правильное питание. Физические нагрузки улучшают качество мышц, но за визуально красивую фигуру и лёгкость, которые, безусловно, в танцах важны, отвечает именно правильное питание. Нужно понимать, что хорошая физическая форма и правильный вес — это не только эстетика, но и здоровье. Носить на себе даже пять лишних килограмм — это как взвалить на себя пятикилограммовый мешок картошки. Попробуйте так походить — к вечеру и спина, и ноги, и суставы отвалятся. То же самое происходит, когда мы носим на себе лишний вес, чрезмерно нагружая лёгкие, позвоночник, сердце... Однако я всегда объясняю ученикам, что правильное питание должно составлять 80 процентов рациона, в остальном можно допускать небольшое употребление не самых полезных продуктов.

— Расскажите, пожалуйста, были ли в вашей практике какие-либо необычные случаи на занятиях или на выступлениях? Может, во время танца случались какие-то интересные импровизации, которые потом становились его частью?

— Конечно! Такое часто происходит. Нужно понимать, что до десяти лет дети изучают танцевальную базу и в процессе не отходят от рамок, а уже дальше мы даём им свободу действия. Это значит, что ребёнок может танцевать и двигаться так, как ему комфортно, а мы подстраиваемся и трансформируем танец под него, но смотрится это всегда бомбически. Бывает даже, даёшь юному танцору какую-то хореографическую связку, а у него что-то не получается, или он падает, но в этот момент рождается классное движение, которое становится частью танца.

Мы постоянно работаем на импровизацию: позволяем детям придумывать и фантазировать, чтобы они находились в творческом потоке. Им ведь ещё предстоит работать в этой сфере в будущем, поэтому очень важно не загонять их в рамки. Именно поэтому дети у нас получают творческие задания — сочиняют танцевальные номера себе или друг другу. Потом в студии мы устраиваем соревнования: учащиеся показывают придуманные этюды, а мы их оцениваем.

— Инна, ваша студия SKILL DANCE INDIGO — это больше работа, которая приносит полноценный заработок, или скорее хобби, любимое дело?

— Я бы сказала, что это моя любимая работа. Да, она приносит доход, чему я очень рада, ведь в студии работают и другие люди, которым нужно платить зарплату. Но отмечу, что дети для нас не равно деньги. Мы занимаемся искусством, развиваем детей, делаем то, что нам нравится.

— А почему вы выбрали для студии такое название?

— С этим всё просто: есть такой термин «дети индиго», то есть уникальные дети. Каждый наш ученик по-своему уникален, у каждого есть свои индивидуальные черты, которые выделяют его на фоне других. DANCE в переводе с английского — это танец, а SKILL — мастерство: танец мы оттачиваем не на любительском уровне, а на профессиональном.

— Инна, есть ли уже значимые успехи у коллектива?

— Мы практически каждую неделю участвуем в соревнованиях и чемпионатах. География наших побед широка: студия принимает участие и в региональных, и в федеральных, и в международных танцевальных мероприятиях. Мы неоднократно выигрывали многочисленные денежные Гран-при, становились лауреатами первой степени, призёрами чемпионатов России. Недавно выиграли премию Russian Open Dance, соревнования по которой проходили в Орле. Из более масштабных достижений: наша студия может похвастаться участием в «Танцах» на ТНТ.

Пусть несёт водоворот

Танцами можно заниматься не только профессионально, но и любительски. Танцором-любителем является наш второй герой — Дмитрий Туренко, который проводит в Белгороде занятия по танго.

Дмитрий Туренко, фото из личного архива

Дмитрий родился и вырос в Южно-Сахалинске, а когда ему исполнилось десять лет, вместе с родителями переехал в Белгород. Несмотря на то, что по образованию преподаватель — инженер по автоматизации, он уже длительное время развивает в Белгороде танго.

Сейчас я работаю инженером-программистом техподдержки в банке — это моя основная работа. Однако про своё любимое увлечение я не забываю и раз в неделю провожу уроки танго. Наш коллектив, в котором проходят занятия, называется Bohemios. Это название танго-клуба, существовавшего раньше.

Дело в том, что прошлым летом классные преподаватели клуба уехали в Москву, и мы остались без сильных педагогов. А поскольку я дорожу нашим сообществом, то в качестве меры его поддержки я решил вести уроки танго. По субботам в нашем коллективе мы также проводим милонги — вечера танго.

Танцевальный коллектив Bohemios, фото из личного архива Дмитрия Туренко

Танцую я уже лет девять. Пробовал многие виды танцев: сальса, бачата, хастл... А в 2015 году в Белгороде появилось танго, с того момента началось моё серьёзное увлечение именно этим танцем.

— Дмитрий, чем вас так привлекло именно танго?

— Это хороший вопрос... Есть такая расхожая фраза, что не я выбрал танго, а танго выбрало меня... Думаю, больше всего в этом танце мне нравится совокупность черт и качеств, характеризующих его.

Во-первых, в танго есть этикет. Например, существует такое понятие как codigos — правила поведения на милонге. Во-вторых, танго — это про элегантность, эстетику и характер музыки. В качестве музыкального сопровождения здесь используют классические музыкальные инструменты — люди танцуют под записи оркестров 30-х — 60-х годов. Это традиция, которая соблюдается и сегодня.

Интересно ещё и то, что танго даёт большой простор для импровизации, ведь этот танец подразумевает коммуникацию, диалог с партнёром. Тут нет строгих рамок и заученности — во время танца один партнёр может предлагать, а другой отвечать и следовать за движениями первого.

Фото из личного архива Дмитрия Туренко

Танго — это движение потока, где основной элемент танца — прогулка. Этим танго и отличается от сальсы и других латинских танцев, главными элементами которых являются яркие вспышки движений на танцполе. Танго же в свою очередь больше похоже на водоворот, в котором танцоры сосредоточены друг на друге, и весь танец происходит внутри пары.

— Дмитрий, мы живём в обществе, где считается, что танцы — это женское увлечение. Расскажите, на ваши тренировки приходят только женщины или и мужчины тоже?

— Больше, конечно, приходят женщины. Действительно, в нашем обществе почему-то сохраняется стереотип, что мужчины не танцуют. На самом деле, это очень круто, когда мужчины танцуют. И в Аргентине, на родине танго, это всегда ценилось. Кстати, не танцующие мужчины там всегда были гораздо менее интересны женщине, чем танцующие.

— Дмитрий, как проходят занятия в вашем коллективе?

— Как правило, начинаем мы с разминки: разогреваемся, подготавливаем тело к танцу. Затем приступаем к выполнению базовых упражнений на технику, разбираем и отрабатываем элементы и танцевальные связки в паре.

Во время урока все участники танцуют друг с другом по очереди. В танго очень важно часто меняться партнёрами, чтобы практиковаться в коммуникации. В этом заключается вся особенность занятий: мы учимся, чтобы потом поехать в другой город на какой-нибудь фестиваль и потанцевать с незнакомыми людьми. Поначалу для многих это, конечно, стрессовое испытание, но чуть позже этот процесс становится интересным, ведь мы не только танцуем, но ещё и знакомимся, общаемся с единомышленниками.

— Все ли желающие могут прийти к вам на занятия?

— Сейчас я занимаюсь только с продолжающими [обучение], а новичков отправляю к профессиональным педагогам, тем самым ещё и не отбираю у них хлеб, так сказать...

— Участвуете ли вы сами или вместе с коллективом в танцевальных фестивалях, соревнованиях, мероприятиях, посвящённых танго?

— Я сам в соревнованиях не участвую, но часто бываю на танго-фестивалях в качестве танцора-любителя. Тут важно отметить, что преподавательских амбиций у меня нет. Просто сейчас наш коллектив переживает сложные времена, и преподавать в нём необходимо. Поэтому доказывать что-то посредством участия в конкурсах и соревнованиях мне не нужно. На самом деле, мне гораздо больше нравятся камерные мероприятия до 200 человек, где можно просто душевно потанцевать.

— Дмитрий, белгородцы любят танго?

— По опыту своих коллег могу сказать, что люди интересуются, приходят записываться на занятия. Но дальше уже зависит от человека. Кто-то, для кого танго — это способ приятно провести пару вечеров, приходит и уходит. Другой же находит для себя в танце, в музыке, в идее что-то особенное и остаётся.

Ещё важно отметить, что сейчас в нашем городе танго для многих — это способ отвлечься. В связи с обстрелами и напряжённой атмосферой в Белгороде, танго стало палочкой-выручалочкой, с помощью которой люди могут «перевести дыхание». Я сам не переставал проводить уроки, очень хотел поддержать наших танцоров в это непростое время, и тем самым помочь как им, так и себе. Несмотря на некоторый риск мы продолжали проводить по субботам милонги. И люди приходили и были благодарны. У нас даже есть девиз: «Танцуем несмотря ни на что!».

«Забудь два притопа, три прихлопа»

Вырастить из ребёнка чемпиона — задача, с которой могут справиться только профессионалы с большим опытом работы. Именно над такими задачами изо дня в день трудится третья героиня нашей статьи Лиана Молчанова, танцевальный тренер школы-студии EVitA.

Лиана родилась и выросла в Белгороде, здесь же училась в БГТУ имени Шухова, а также получила дополнительное тренерское образование. В школе-студии EVitA Лиана работает с момента её создания. Параллельно с преподаванием девушка посещает различные танцевальные мастер-классы по всей России.

— Лиана, предыдущие наши герои рассказали, что занимаются танцами уже много лет, и любовь к этому виду искусства у них возникла уже в раннем возрасте. Расскажите о своём опыте, когда вы заинтересовались танцами?

— Начала я танцевать в четыре года. Тогда мама отвела меня на занятия в студию Dance Хаос. Но мгновенной любви к танцам у меня не сложилось. В начале мне было сложно, родителям даже приходилось заставлять меня посещать тренировки, но со временем я втянулась в процесс — танцевать стало интересно. А когда мне исполнилось 15, тренер предложила мне вести танцевальные тренировки у малышей. С того момента и началась моя преподавательская карьера. Получается, я занимаюсь танцами уже 11 лет.

— Лиана, какое танцевальное направление зацепило и заинтересовало вас больше всего?

— В школе нас обучали эстрадным танцам и танцевальному шоу. Современный эстрадный танец включает в себя все виды танцев: классические, современные, джаз, модерн, джаз-фанк и тому подобное. Мне больше всего нравилось танцевальное шоу, потому что там рассказывается целая история в танце. Сейчас, когда я сама работаю с детьми, я ставлю им именно танцевальное шоу.

— Раз уж мы заговорили о вашей тренерской деятельности, расскажите подробнее, чему именно вы обучаете детей в школе?

— В школе я преподаю такие направления, как эстрадный и современный танец, а также готовлю детей к соревнованиям. В конкурсах мы с детьми часто участвуем с танцевальными шоу, так как они больше ценятся: номера танцевального шоу очень яркие, более интересные и с красочными костюмами.

— Лиана, как проходят ваши тренировки?

— Я работаю с несколькими детскими группами. У начальных групп тренировки длятся полтора часа, а у продвинутых — два с половиной или четыре, так как с более опытными детьми мы уже работаем на результат.

Обычно тренировка начинается с бега — таким образом мы разогреваем мышцы. Это обязательный этап, без которого нельзя обойтись. Затем идёт разогрев: небольшая подкачка, чтобы разработать тело до конца. После этого следует растяжка, отработка прыжков, вращения: разнообразные пируэты и фуэте. Затем наступает время работы непосредственно с танцем: детки повторяют разученные ранее связки, отрабатывают новые элементы и растанцовываются. Растанцовка включает в себя как разученные ранее движения, так и импровизации.

Фото из личного архива Лианы Молчановой

Кстати, говоря об импровизациях, упомяну, что дети у меня всегда получают домашнее задание — придумать часть танца самостоятельно. Таким образом мы развиваем фантазию у юных танцоров, работаем над тем, чтобы они чувствовали своё тело и музыку.

В конце тренировки приходит время самой нелюбимой её части — закачки: мы закачиваем пресс, спину, делаем приседания, прыжки, планки — укрепляем всё тело. Тренировки у нас проходят почти каждый день.

— Лиана, по вашим наблюдениям, сколько нужно времени, чтобы ребёнок освоил базовую программу занятий и смог танцевать?

— Смотрите, основную часть учеников мы набираем в сентябре, хотя приём в группы на занятия длится весь год. На каждой тренировке я даю детям базовые упражнения, и уже к январю у них чётко поставлена база: они могут садиться на шпагаты, делать мостики, перевороты, колёса и тому подобное. В январе-феврале я ставлю танец, а в марте уже выпускаю деток на сцену.

— Лиана, а как вы отбираете детей на обучение в школу? Всех ли желающих принимаете на занятия или нет?

— В свои группы я принимаю всех желающих. Многие родители после первого занятия сомневаются, способны ли их дети танцевать. Но я всегда успокаиваю их и говорю, что о способностях ребёнка никогда нельзя судить по результатам первого урока. За свой опыт работы я наблюдала самые разные случаи. Бывало, на занятия приходили, казалось бы, очень способные дети, которые в итоге чемпионами не становились. А иногда получалось наоборот: ребёнок ходил на занятия не один год, упражнения ему давались с трудом, он работал через слёзы и боль, но в итоге включился в процесс и стал настоящей звездой. Понимаете, в этом деле важны не только способности, но ещё и характер, желание ребёнка, а также стремление родителей поддерживать своего юного танцора, помогать ему развиваться в любимом деле.

Фото из личного архива Лианы Молчановой

Спустя время отбор происходит сам собой. Если в начале года в группу набирается около 30 участников, то к его концу дети «просеиваются», и остаётся около 20 человек тех, которые ещё долго будут обучаться в школе.

Уйти учащиеся могут по самым разным причинам. Иногда родители не соглашаются с моим подходом к тренировкам, так как я требовательный тренер, и на моих занятиях царит жёсткая дисциплина. Случается и такое, что дети сталкиваются с неожиданными сложностями на тренировках, так как танцами мы занимаемся профессионально, а не просто для удовольствия. Два притопа, три прихлопа — это не про меня.

— Детей какого возраста вы принимаете на занятия?

— Я работаю с детьми от двух до 12 лет. Детей старше на занятия не беру, потому что у них уже появляется характер, и с ними становится сложно работать. А ещё маленьких детей в группах всегда набирается гораздо больше, что отлично подходит для постановок танцевального шоу, которое я очень люблю.

— Сталкивались ли вы с трудностями в работе с детьми? Есть ли какие-то особенности во взаимодействии с ними?

— Мне не сложно работать с детьми, даже с самыми маленькими. Я люблю детей, люблю свою тренерскую работу. Все дети добрые, открытые, с каждым мы находим общий язык. Трудности иногда возникают в общении с родителями, которые не всегда подключаются к танцевальной деятельности своего ребёнка, не видят его успехов, не считают занятия танцами серьёзным делом. Бывает также, что родитель может обидеться на меня, если в процессе занятий я прикрикиваю на ребёнка или ругаю его, хотя я делаю это не со злости, а потому что у детей нужно вырабатывать дисциплину.

— Лиана, а как насчёт успехов ваших подопечных?

— Участие в конкурсах и соревнованиях — это неотъемлемая часть занятий в нашей школе. Я стараюсь вывозить детей на соревнования в разные города. Мы уже ездили в Воронеж, Курск, Москву. В прошлом году участвовали в соревнованиях в Ялте, где заняли первое место. Также мы регулярно участвуем в чемпионате России по танцам, который проходит в Орле. Почти всегда наши группы занимают первые места.

В 2022 году танцевальный коллектив нашей школы отобрался на чемпионат мира, который должен был пройти в Риме. У нас тогда уже всё было подготовлено, но в связи с политической ситуацией участие в чемпионате пришлось отменить. Но мы не отчаиваемся и ждём, пока ситуация в мире успокоится, и в будущем мы обязательно поедем на международные соревнования.

Татьяна Дюмина

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.

Похожие новости

Белгородец прошёл кастинг телепроекта «Танцы» в Воронеже

Белгородец прошёл кастинг телепроекта «Танцы» в Воронеже

Разрывающий оковы. Как белгородец Виктор Лукинов выступил в финале танцевального шоу «Ты супер! Танцы» [видео]

Разрывающий оковы. Как белгородец Виктор Лукинов выступил в финале танцевального шоу «Ты супер! Танцы» [видео]

Памятник пожилым танцорам и игровая крепость. Как предлагают изменить парк Победы в Белгороде?

Памятник пожилым танцорам и игровая крепость. Как предлагают изменить парк Победы в Белгороде?

«Когда я увидела свет в Белгороде, я заплакала». История женщины, которая бежала из Харькова с трёхлетней дочкой с аутизмом

«Когда я увидела свет в Белгороде, я заплакала». История женщины, которая бежала из Харькова с трёхлетней дочкой с аутизмом

«Нам говорят, что такой сильной команды ещё не было». Новый гендиректор «Белоблводоканала» — о проблемах предприятия, судимости сотрудников и задачах от губернатора

«Нам говорят, что такой сильной команды ещё не было». Новый гендиректор «Белоблводоканала» — о проблемах предприятия, судимости сотрудников и задачах от губернатора

«Хотите покритиковать — сначала повоюйте». Поговорили с главным редактором радио Z-FM о его участии в «Русской весне» и обвинениях в нацизме

«Хотите покритиковать — сначала повоюйте». Поговорили с главным редактором радио Z-FM о его участии в «Русской весне» и обвинениях в нацизме

«Я спросил у...». Разговор с нейросетями о будущем смартфонов

«Я спросил у...». Разговор с нейросетями о будущем смартфонов

«Не могу пропускать всё, что происходит вокруг». Как житель Корочи оставил работу и стал зарабатывать на паблике «Короча наизнанку»

«Не могу пропускать всё, что происходит вокруг». Как житель Корочи оставил работу и стал зарабатывать на паблике «Короча наизнанку»

Особенные дети. Как финалист конкурса «Педагог-психолог России» из Белгорода помогает детям с аутизмом

Особенные дети. Как финалист конкурса «Педагог-психолог России» из Белгорода помогает детям с аутизмом

«Не теряйте любопытства посреди рутины». Как учёный-физик из Белгорода работает с «тёмной материей» и не теряет связи с коллегами за рубежом

«Не теряйте любопытства посреди рутины». Как учёный-физик из Белгорода работает с «тёмной материей» и не теряет связи с коллегами за рубежом