Книжная полка. Жизнь глазами женщин

Четвёртый выпуск «Книжной полки» от Юрия Ридера посвящён женской прозе, полной чувств и наблюдений. Слово Юрию: «Мы снова вооружаемся нашим правилом: любопытная новинка, добротная классика, недорогой уютный томик. Урожай сегодня максимально контрастный, решительно несовместимый и невозможный нигде, кроме нашей маленькой лаборатории по изучению книжной бесконечности». А ещё мы впервые сами решили провести эксперимент и попросили нейросеть нарисовать иллюстрации к цитатам из книг.

«Здравствуй, грусть!», Франсуаза Саган, 16+

«Это незнакомое чувство, преследующее меня своей вкрадчивой тоской, я не решаюсь назвать, дать ему прекрасное и торжественное имя — грусть. Это такое всепоглощающее, такое эгоистическое чувство, что я почти стыжусь его, а грусть всегда внушала мне уважение. А теперь что-то раздражающее и мягкое, как шёлк, обволакивает меня и отчуждает от других».

Представьте, что на шахматной доске осталось всего четыре фигуры. Долго ли осталось до конца партии? Три хода, а быть может четыре? Последует ли ничья или пат? Не всякому маститому писателю под силу жонглировать таким ничтожно малым количеством персонажей, да ещё сделать это так, чтобы восхитить весь мир, оказать влияние на эпоху, сыграть против общественного равнодушия и победить. У Саган получилось.

1950-е годы, Франция, книга с четырьмя персонажами, кроме героини, от лица которой ведётся повествование. Самой Франсуазе 19 лет и сразу же всемирная известность, миллионы франков, полная и безоговорочная победа. Она проживёт потом жизнь, полную удовольствий и лишений, не напишет книги лучше первой и станет символом эпохи чувствительной сентиментальности.

«Здравствуй, грусть!» — великая история. Великая в своей простоте и интуитивности. Саган слишком молода для полновесных ощущений и наблюдений, вместо этого она наделяет своих персонажей подсознательным смутным ощущением объёмности и важности происходящего вокруг них. Предчувствием эпохальности событий. Так 19-летняя девушка стала волею судьбы классиком литературы, навсегда умостившись возле Рекса Стаута, Анны де Сталь и Стендаля.


Экземпляр книги, по которому написана эта рецензия, мы разыграем среди наших читателей, все подробности розыгрыша по ссылке.

«Жили-были старик со старухой», Елена Катишонок, 12+

«Расстегнув шлем и выпрыгнув из танка, он ловко хватает и кружит самую первую из выбежавших, которая оказывается и самой красивой, так что отпускать её нет никакого желания, да и разве он не освободитель, не победитель? То, что Семёну нравится, то — его, о чем очень хорошо знает красавица Настя, та, что ждёт его с войны, и поэтому требовательно рассматривает своё отражение в зеркале. Так что? Была — Настя, а теперь Ванда! Разве для того, он переступил „Не убий“, чтобы запнуться о „Не прелюбодействуй“?».

Следующая история отличается от французского романа самым радикальным и бесповоротным образом. Они настолько разные, что удивительно думать, что можно одними и теми же словами, внутри одного языка, воплотить нечто столь разное и непохожее.

История России полна перемен, войн и подвигов. Особый путь, пролегающий в борьбе, рождающий великие фамилии и дела. Но это там, на пике, на коне истории. А что происходит во дворе, избе, конторке, пока за окном гремят революции и войны? Об этом рассказывало много великих писателей: от Пушкина и Гоголя до Платонова и Зощенко. Мастодонты, зубры, гиганты литературы и почти сплошь мужчины. Об этом же пишет Катишонок, но по-своему, по-особенному.

Женская проза, полная атмосферы и наблюдений. Здесь растут дети, шумит рынок, перелицовываются старенькие вещи. Здесь хоронят стариков, не спят ночами над головастыми младенцами и провожают сыновей на фронт. Это антология чувств, хрестоматия сантиментов. Потомки совершают ошибки, переживают трагедии, отдают родителям всё новые поколения глазастых детей. Среди этого живут дед со старухой, не понимая больших, громких событий, становясь при этом свидетелями великих перемен.

Писательница Людмила Улицкая пишет очень похожую прозу. Рай для наблюдательных и тонко чувствующих людей.

«Злая лисица», Кэт Чо, 16+

«Если бы у одиночества был вкус, одиночество лисицы Джихун описал бы как горькое послевкусие на языке. Она всем видом показывала, что не хочет общаться с одноклассниками: сгорбленные плечи, суженные глаза, сжатые кулаки. Словно разговоры причиняли ей физическую боль».

Последняя книга сегодня — это корейская дорама. Жанр на удивление полноводный, устоявшийся и имеющий множество поклонников за пределами Азии. Этот роман — это игра, фантазия, отозвавшаяся в нашем мире удивительной своей судьбой.

Молодая американка корейского происхождения, выросшая на Западе, решила написать свою книгу, где слились бы корейские традиции и её собственные идеи на базе современной культуры. И роман прогремел, был переведён на русский язык, уже вышло продолжение и готовиться ещё одно. Каким-то образом она попала здесь, в России, в список известной сети с фиксированной стоимостью, начала продаваться за символические деньги, попав таким образом в наш обзор.
Книга снова невероятно отличается от двух предыдущих.

Автор из радикально изменившегося мира, она играет в «Сумерки», мечтает о магических поединках, проделках, что таят заброшенные уголки современного города. Создаёт свой мирок, куда зовёт всех нас, полюбоваться вечными кумихо, которые влюбляются в старшеклассников. Как и многие, она, насмотревшись известной истории про вампиров и оборотней, выдвинула на первую, главную роль девушку, поставив её у всемирного руля, в полном соответствии с реалиями современного мира.

Юрий Ридер

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.

Похожие новости

Книжная полка. Пять книг, которые способны перевернуть ваше сознание

Книжная полка. Пять книг, которые способны перевернуть ваше сознание

Книжная полка. Что почитать из новинок и проверенного временем

Книжная полка. Что почитать из новинок и проверенного временем

Книжная полка. Японский детектив, швейцарский роман и советская повесть

Книжная полка. Японский детектив, швейцарский роман и советская повесть

​Книжная полка. «Пластырь для сердца», настоящая классика и медицинские байки

​Книжная полка. «Пластырь для сердца», настоящая классика и медицинские байки

Книжная полка. Какие книги о чтении и о кулинарии мы советуем прочесть

Книжная полка. Какие книги о чтении и о кулинарии мы советуем прочесть

«Что за трек?». Тизер третьего выпуска

«Что за трек?». Тизер третьего выпуска

Идеальная свадьба. Три причины выбрать для праздника ресторан VOYAGE*

Идеальная свадьба. Три причины выбрать для праздника ресторан VOYAGE*

Nokia 124 или 108? А год какой? Сможете ли вы угадать, как выглядели телефоны до выхода iPhone 11 Pro Max? [партнёрский тест со «Смартсет»]

Nokia 124 или 108? А год какой? Сможете ли вы угадать, как выглядели телефоны до выхода iPhone 11 Pro Max? [партнёрский тест со «Смартсет»]

Книжная полка. Какие книги об эпидемиях и не только мы советуем прочитать во время самоизоляции

Книжная полка. Какие книги об эпидемиях и не только мы советуем прочитать во время самоизоляции

Жильё №1. Как семья из Воркуты решила переехать в Белгород и за шесть лет накопила на свою двухкомнатную квартиру в Разумном [партнёрский проект с ЖНК «ЖБК-1»]

Жильё №1. Как семья из Воркуты решила переехать в Белгород и за шесть лет накопила на свою двухкомнатную квартиру в Разумном [партнёрский проект с ЖНК «ЖБК-1»]

100 причин переехать в Белгород. Причина №15 — полюбоваться уличными котами

100 причин переехать в Белгород. Причина №15 — полюбоваться уличными котами

Пришла с севера. Рассказываем и показываем, как правильно ходить с палками

Пришла с севера. Рассказываем и показываем, как правильно ходить с палками

Книжная полка. О счастье читать не запретишь

Книжная полка. О счастье читать не запретишь

Книжная полка. Про братьев и сестёр

Книжная полка. Про братьев и сестёр

Книжная полка. «Дайте мне чего-нибудь белгородского»

Книжная полка. «Дайте мне чего-нибудь белгородского»

Книжная полка. Книги о мирах, которые, возможно, будут после нас

Книжная полка. Книги о мирах, которые, возможно, будут после нас