Россия стоит на пороге большого экономического ускорения за счёт искусственного интеллекта. По данным «Якова и Партнёров» и Яндекса, эффект от внедрения ИИ может составить от 7,9 до 12,8 триллиона рублей в год к 2030 году — это до 5,5 процента прогнозного ВВП. Первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин считает, что цель более чем в 11 триллионов рублей достижима, а при ускоренном масштабировании потенциал может оказаться даже выше. Особенно в отраслях с большим объёмом повторяющихся задач — таких в экономике около 48 процентов.
Главный механизм ускорения — рост производительности труда. Здесь у России особенно большой запас: страна занимает 74-е место в мире по этому показателю. При этом безработица рекордно низкая — 2,2 процента. По прогнозам аналитиков Сбера, генеративный ИИ, роботизация и цифровизация могут поднять производительность на 21–33 процента к 2032 году. Международные данные PwC показывают, что в отраслях, где активно используют ИИ, темпы роста производительности почти учетверились — с 7 до 27 процентов.
Ведяхин подчеркнул, что для российской экономики это не означает массовых увольнений. Наоборот, ИИ позволит получать больше продукции при дефиците кадров. Дисбаланс на рынке труда сохранится на уровне около 3 миллионов человек, а к 2032 году потребность в новых работниках составит 12,2 миллиона (в основном из-за выхода на пенсию). Высвобождающиеся люди будут переходить на более сложные задачи внутри компаний, а не на биржу труда. По данным Всемирного экономического форума, к 2030 году ИИ и автоматизация изменят 39 процентов базовых навыков работников, но при этом создадут больше новых рабочих мест, чем ликвидируют.
— Настоящий вызов — скорость адаптации: переобучение, плавное внедрение, рост спроса на компетенции работы с ИИ — постановка задач системам, проверка результатов, автоматизация процессов. Если это обеспечить, ИИ станет одним из ключевых факторов ускорения экономики, если нет — разрыв между адаптировавшимися компаниями и отстающими будет только расти, даже при общем дефиците кадров, — сказал Ведяхин.
